Глава 1. Столкновение в подсобке.
Запах старой пыли, сырости и чего-то сладковато-приторного, напоминающего дешевые благовония, ударил в нос, как только я шагнул из кабины. Это был не обычный лифт, а высокотехнологичный транспортный узел, скрытый за обманчиво ветхой панелью. Мои ботинки коснулись бетонного пола подсобки, а за спиной бесшумно замерла матовая поверхность, имитирующая кирпичную кладку. В подсобке было темно, лишь редкие лучи закатного солнца пробивались сквозь грязные окна, выхватывая из полумрака обломки венков и пожелтевшие ленты.
Я выдохнул, поправляя воротник куртки. Дома, в Церисии, меня ждали бесконечные дела, но сейчас я был просто Теодором, вернувшимся из подземной страны. Я позволил себе расслабиться, тихо напевая под нос какую-то мелодию, которую услышал во дворце.
Пик.
Короткий, резкий звук заставил меня обернуться. Маскировочная панель лифта, которая должна была слиться со стеной, предательски дрогнула. Вместо того чтобы закрыться, она застыла, оставив двадцатисантиметровую щель. Сквозь неё сочился холодный свет, резко контрастирующий с общей затхлостью магазина.
— Проклятье, — прошептал я, потянувшись к часам на запястье, чтобы принудительно активировать скрытие.
— О-о-о, вот это поворот! — раздался звонкий голос из-за стеллажа с поминальными табличками.
Я замер. Из тени вышла девочка. На ней была объемная худи с кислотным принтом, широкие джинсы с кучей карманов, а её волосы, беспорядочная копна выкрашенных в пепельный цвет прядей, хаотично разметались по плечам. В руках она держала смартфон, закрепленный на стабилизаторе. Она выглядела как типичный подросток из Зареченска, но в её глазах читался не страх, а чистый, неподдельный восторг.
— С вами Вика, и сегодня путешествие по заброшенному зданию ритуальных услуг обернулось неожиданностью, — бойко протараторила она в камеру, а затем перевела объектив прямо на меня. — Привет, торжественное явление! Я тут пыталась записать что-то интересное, загадочное, но ничего, кроме старого хлама, не было, а тут ты... со своим суровым лицом и пафосным появлением. Это что, реальный лифт? Сколько за аренду платите?
Я резко развернулся, чувствуя, как кровь отливает от лица. Мои пальцы судорожно вцепились в край куртки. Конспирация. Первое правило любого Цера. Я только что нарушил его самым глупым образом.
— Ты... откуда ты взялась? — мой голос прозвучал суше, чем я хотел. — Это место заброшено. Уходи. Прямо сейчас.
Я сделал резкий шаг вперед, пытаясь перекрыть обзор, но моя неуклюжая попытка лишь подчеркнула, что я пытаюсь скрыть что-то важное. Щель в маскировочной панели, как назло, продолжала светиться холодным, неестественным светом, пробиваясь сквозь мои плечи.
— Ой, как грозно! — Вика рассмеялась, и этот звук в пыльном помещении показался мне оглушительным. Она грациозно качнулась в сторону, обходя меня, как конус на тренировочной площадке, и объектив её камеры снова «прилип» к мерцающему металлу. — Ты что, из секретной банды? Или это декорации для нового сериала? Слушай, паренёк, мне пофиг, кто ты. Но у меня на видео сейчас лифт, который уходит в никуда. Это контент на миллион просмотров.
Мое сердце колотилось где-то в горле. В Церисии меня учили дипломатии, управлению ресурсами и тактике, но здесь, перед лицом этой девчонки, я чувствовал себя беспомощным ребёнком. Мой голос, который должен был звучать властно, предательски дрогнул.
— Это не игрушки! — я почти выкрикнул, делая еще одну попытку перехватить её руку. — Если ты это выложишь, у тебя будут проблемы. У всех будут проблемы. Пожалуйста, удали видео.
Вика замерла. Она внимательно посмотрела на меня, и на секунду в её глазах мелькнуло что-то похожее на неуверенность. Я подумал, что она испугалась, но уже через мгновение понял, как сильно ошибался. Она почувствовала власть. В её взгляде загорелась искра, от которой у меня внутри всё сжалось. Она вошла в раж, превращая наш диалог в игру, где ставкой была моя безопасность.
— Проблемы? Угрожаешь? — она прищурилась, и её тон стал вкрадчивым, почти издевательским. — Знаешь, я не удалю это, пока не узнаю, что ты скрываешь. Либо ты рассказываешь, что это за база, либо видео летит в сеть через пять минут. Выбирай.
Она демонстративно покачала смартфоном, и я увидел, как на панели управления всплыла иконка «Отправить». Её палец завис над кнопкой.
Я рванулся к ней. В голове лихорадочно проносились инструкции по конспирации, но все они казались бесполезными против этой упрямой девчонки.
— Вика, послушай, это не шутка! — я перешел на шепот, стараясь придать голосу холодную твердость. — Ты даже не осознаешь, что может произойти, если хоть кто-то узнает. Это не просто «база», это... это касается безопасности всех людей.
Вика лишь закатила глаза и поправила телефон, который, казалось, был продолжением её руки.
— Ой, «безопасности»! — она хмыкнула, и в её голосе зазвучала откровенная насмешка. — Ты ещё скажи, что ты инопланетянин, прилетевший захватить мир. Прекрасно я всё осознаю! Этот видосик наконец-то сделает мой канал популярным. Мне плевать на твои загадки, мне нужны просмотры. Миллион просмотров.
Я открыл рот, чтобы возразить, но в этот момент мой левый рукав внезапно ожил. Я забыл перевести часы в режим тишины. С тихим, почти мелодичным гулом в воздухе между нами вспыхнула яркая голограмма.
Серёжа. Он сидел в своем кресле в Лиении, вальяжно закинув ноги на консоль, а на заднем плане сменялись каскады синих и золотых данных его лаборатории.
— Здорово, Тео! — бодро начал он, даже не глядя в камеру. — Слушай, ну ты опять по какой-то стройке шляешься? Ты же правитель, а не прораб! Пора уже менять свои детские привычки, а то Маша опять начнет ворчать, что ты несерьёзен.
Серёжа осекся. Его взгляд скользнул в сторону, он заметил Вику, стоящую в двух шагах от меня с раскрытым ртом и включенной камерой.
— Оу, — только и успел выдохнуть он.
Я в панике ударил по сенсору на запястье, пытаясь «потушить» проекцию, но сенсор, как назло, среагировал с задержкой. Голограмма зависла в воздухе еще на пару секунд, четко зафиксировав лицо Серёжи, его высокотехнологичный фон и мои собственные, искаженные ужасом глаза.
Когда свет погас, в подсобке наступила такая тишина, что было слышно, как стрекочет сверчок за окном. Вика медленно опустила телефон. Азарт в её глазах сменился ледяным интересом. Она изучала то место, где только что висел Серёжа, словно ожидая, что привидение появится снова. Свет от лифта теперь казался ей не просто «крутой подсветкой», а чем-то пугающим, чужеродным.
— Тео... — прошептала она. — Значит, правитель... Это что, была голограмма? Ты кто вообще такой?
Я закрыл лицо рукой, чувствуя, как внутри всё обрывается. Провал. Полный, катастрофический провал. Конспирация, которой Церы следовали миллионы лет, была под угрозой из-за забытого режима тишины на моём передатчике.
— Просто забудь всё, что видела, — глухо бросил я, не в силах даже взглянуть на неё.
Вика усмехнулась. Теперь это была улыбка человека, который случайно нашел ключ от сейфа.
— Такое забыть... сложно, — протянула она, и я услышал шорох ткани. Она снова подняла телефон, но уже не для съемки, а просто нервно перехватила его поудобнее.
Я понял: сейчас или никогда. Если я начну давить, она запаникует и нажмет кнопку «Опубликовать» просто из страха. Мне нужно было время. Нужно было вытащить её из этого состояния прямого эфира.
— Просто послушай, не спорь хотя бы пару минут, — я заставил себя выпрямиться и посмотреть ей прямо в глаза. Я старался говорить максимально спокойно, как учил меня Учитель. — Если ты это выложишь сейчас, у нас у обоих будут неприятности. У тебя — из-за того, что ты полезешь туда, куда не следует, а у меня — из-за того, что я не смог тебя остановить. Я не могу тебе всё рассказать здесь. Дай мне сутки. Завтра в это же время я приду сюда и объясню... всё. Если не приду, делай что хочешь.
Вика внимательно изучала мое лицо. Теперь она смотрела на меня не как на «мажора с базы», а как на самую большую загадку, которую ей когда-либо доводилось встречать. Она медленно кивнула, и в этом жесте я увидел не согласие, а расчет.
— Один день, «Тео», или как там тебя, — она опустила телефон, но не убрала его в карман. — Завтра здесь, в это же время. И не опаздывай, это в твоих интересах. Я рассчитываю, что ты не только объяснишь, но и покажешь. И да... я сохраню видео. Пока что.
Она развернулась и быстро пошла к выходу из подсобки, её худи мелькнуло в тусклом свете и скрылось за дверью. Я остался один, слушая, как гудит маскировочная панель, которая, наконец, с тихим щелчком встала на место, скрывая путь в Церисию от всего мира. Но легче мне от этого не стало.
Глава 2. Мысли в комнате.
Я вернулся в свою комнату, когда на Зареченск уже опустились сумерки. Обычный панельный дом, привычный шум проезжающих машин за окном, гул чьего-то телевизора из соседней квартиры — всё это казалось нормальным, почти нереальным после того, что случилось в подсобке.
Я сел на край кровати, уставившись в одну точку на старом ковре. Мои руки, обычно уверенно держащие планшет с картами Церисии, сейчас мелко дрожали.
«Конспирация — это закон, — твердил я себе, пытаясь вернуть самообладание. — Миллионы лет мы хранили тайну. Одно неверное движение, один лишний кадр, и всё, к чему стремился Тионур, будет под угрозой».
Но внутри меня, под маской правителя, сжался испуганный четырнадцатилетний парень.
«Это же просто Вика, девчонка из соседнего дома! — шептал голос в голове. — Я не могу так рисковать. Учитель... он ведь всё знает. Он мудрый, он подскажет, как сгладить углы».
Я поднял с кровати передатчик. Интерфейс мягко отозвался на касание, проецируя в воздухе фигуру Учителя. Он сидел в своем особняке, окруженный тишиной и древними знаниями, и взирал на меня с таким спокойствием, что мне стало почти стыдно.
— Учитель, — начал я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я близок к тому, чтобы нарушить конспирацию. В Зареченске... меня увидели. Девочка, 14 лет. Она знает о лифте и видела Серёжу. Я не знаю, как мне действовать, чтобы не допустить огласки. Посоветуйте что-нибудь.
Учитель молчал долго. Слишком долго. В его глазах, отражавших бесконечную мудрость поколений, я увидел тень разочарования, которая обожгла сильнее любого выговора.
— Теодор, — его голос прозвучал как эхо в пустом зале. — Ты правитель Церисии. Ты был выбран, потому что обладаешь разумом и справедливостью. Система поколений создана не для того, чтобы ты получал инструкции на каждое действие.
— Но это риск для всех нас! — воскликнул я, не в силах скрыть отчаяние.
— Риск — это часть управления, Теодор, — отрезал он. — Ты знаешь, что есть группы Церов на поверхности. Они следят за порядком, они твоя страховка. Но как правитель, ты должен разобраться сам, без их вмешательства. Соберись и прими решение.
Связь оборвалась, оставив меня в звенящей тишине комнаты. Голограмма погасла, и я снова остался один на один с этой реальностью. Я чувствовал себя брошенным, почти преданным, но глубоко внутри, где-то под слоем страха, я понимал: он прав. Король не может вечно спрашивать разрешения на то, чтобы править.
Я должен был решить эту проблему. Сам.
Я сделал глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в пальцах, и снова активировал передатчик. На этот раз я вызывал Серёжу. Голограмма возникла мгновенно, но вместо величественных залов Лиении я увидел беспорядок: Серёжа сидел посреди комнаты, окруженный разобранными деталями какого-то дрона, с лазерным резаком в руках.
— О, Тео! Привет! — он отложил резак и широко улыбнулся. — Чего такая кислая мина? У тебя вид, будто ты съел гнилой фрукт, и сейчас мучительно думаешь о последствиях.
— Серёжа, твой звонок! — я почти прошипел, чувствуя, как внутри закипает смесь злости и облегчения. — Твое лицо! Его увидела незнакомая девчонка. Она видела, как я выхожу из лифта. Видела тебя. Она знает, что я правитель. Я пытался её заткнуть, но она... она просто смеется мне в лицо!
Серёжа рассмеялся, откинувшись на спинку кресла, и убрал в сторону крыло дрона.
— Смеется? Ну, значит, ты просто не умеешь быть обаятельным. Ты же король, Тео, включи харизму! Или хотя бы сделай вид, что ты не испуганный школьник. И не нужно взирать на меня своим фирменным тяжелым взглядом: я не виноват, что ты не умеешь пользоваться «режимом тишины».
— Серёж, это не шутки, — я сжал кулаки, чувствуя, как потеют пальцы. — Если она выложит видео, это будет конец.
Серёжа на секунду замолчал, его ухмылка стала чуть менее ироничной и чуть более хищной.
— Ладно, Тео, не ной, — сказал он уже серьёзнее, хотя в глазах всё ещё плясали искры. — Завтра буду у тебя. Как всегда, мой великолепный мозг вытащит тебя из этой задницы. Устрой нам встречу. Я покажу ей, что такое «настоящий затейник».
— Ты уверен? — я с сомнением посмотрел на его довольное лицо. — Ты не наделаешь глупостей? Ты же знаешь, как это важно.
— Глупостей? — Серёжа картинно взмахнул руками. — Обижаешь. Я всего лишь меняю реальность под наши нужды. Жди меня завтра. И приготовься смотреть мастер-класс, брат.
Связь прервалась. Я сидел в темноте своей комнаты, глядя на пустой воздух, где только что был мой лучший друг. Учитель отказал мне в помощи, но Серёжа... был моим единственным шансом. Я не знал, что именно он собирается делать, но почему-то впервые за этот вечер почувствовал, что, возможно, катастрофы удастся избежать.
Глава 3. Мастер-класс по обаянию.
Заброшенный магазин встретил нас запахом сырости и пыли, которая танцевала в редких лучах предзакатного солнца. Я стоял у стены, то и дело нервно поправляя куртку. Серёжа, напротив, выглядел так, будто пришел на прогулку в парк: он вальяжно опирался на стеллаж с поминальными лентами, лениво рассматривая облупившуюся штукатурку.
— Тео, хватит дергаться, — бросил он, даже не глядя на меня. — Ты выглядишь так, будто идешь на собственную казнь. Расслабь плечи. Ты правитель, а не провинившийся школьник.
Дверь скрипнула. Вика вошла уверенно, телефон был наготове, большой палец завис над экраном. Увидев Серёжу, она резко остановилась, и её брови сдвинулись к переносице.
— Это что, подкрепление? — она подозрительно оглядела Серёжу. — Я думала, мы решаем всё один на один.
Серёжа сделал шаг вперед, сверкнув своей самой обезоруживающей, «фирменной» улыбкой.
— Один на один это скучно, — мягко ответил он. — Я тут как независимая сторона. Привет, Вика. Я Серёжа, и я здесь, чтобы спасти тебя от самой большой ошибки в твоей жизни.
Он не дал ей ответить. Серёжа начал говорить быстро, легко, словно плел кружево, от которого невозможно было оторваться. Он активировал свой коммуникатор, и в воздухе между ними вспыхнула сложная, переливающаяся 3D-модель какой-то галактики. Она вращалась, мерцала, завораживая взгляд, но Серёжа листал страницы данных так быстро, что Вика не успевала заметить никакой конкретики, только калейдоскоп света и технологий.
— Смотри, Вик. Тео парень серьезный, но хмурый, у него в голове только законы и конспирация, — продолжал он, не сводя с неё глаз. — А я гений, который умеет делать шоу. Видела вчерашнюю голограмму? Это интересно, но не идет ни в какое сравнение с тем, что могу показать я. Мы тут снимаем кое-что для закрытого круга. Ты увидела то, что не должна была, и теперь ты часть этого секрета.
Вика переводила взгляд с проекции на Серёжу, её скепсис начал трещать по швам.
— Вы что, ненормальные? — пробормотала она, но уже без прежней агрессии. — Или блогеры?
Серёжа рассмеялся, и этот смех прозвучал так искренне и заразительно, что даже я невольно расслабился.
— Мы мечтатели с очень дорогими игрушками, — он сделал драматическую паузу, понизив голос до заговорщического шепота. — А теперь представь: ты выкладываешь это видео. Что будет? К тебе придут скучные взрослые в костюмах, отберут телефон, будут нудить о неразглашении и, может, даже заблокируют тебе интернет на год. Тебе это надо? Твой канал про свободу самовыражения, а эти люди... они про такие слова даже не слышали. Ты же не хочешь, чтобы твоя жизнь превратилась в скучный отчет?
Вика молчала, глядя на мерцающую проекцию. Я видел, как в её глазах боролись жажда сенсации и робкая надежда на что-то гораздо более грандиозное. Серёжа почувствовал этот момент безошибочно.
— Предлагаю сделку, — его голос стал мягким, почти вкрадчивым. — Ты хранишь молчание, а мы даем тебе слово: через десять лет, если ты всё ещё будешь этого хотеть, мы устроим тебе экскурсию в такие места, что у тебя коленки задрожат. Ты увидишь другой мир. Это эксклюзив, который не купишь ни за какие деньги. Естественно, при условии полного молчания. Но поверь, оно того стоит.
Серёжа едва заметно шевельнул пальцами, и его коммуникатор тихо пискнул, синхронизируясь с сигналом сети Вики.
Вика нахмурилась, глядя на нас исподлобья.
— Десять лет? Это долго...
— Зато это будет лучшее, что произойдет в твоей жизни, — отрезал Серёжа, сверкнув глазами. — А сейчас... — он поднял руку, и на его часах что-то коротко мигнуло синим. — Можешь не удалять видео, оно уже улетело в никуда. Я немного «почистил» твой телефон, пока мы болтали. Не благодари.
Вика вздрогнула, выхватила смартфон и начала лихорадочно листать галерею. Её пальцы замерли. Она подняла на Серёжу взгляд, полный шока и... внезапного, почти детского восхищения. Видео действительно исчезло. Она выглядела озадаченной, словно только что стала свидетелем настоящего волшебства.
— Вы... сумасшедшие, — прошептала она, пряча телефон в карман худи. Она еще раз посмотрела на нас, словно пытаясь запомнить, и, помедлив, развернулась к выходу.
Я проводил её взглядом, чувствуя, как с плеч падает бетонная плита напряжения. Когда за ней захлопнулась дверь, я повернулся к Серёже.
— Так ты... правда удалил его? Или просто блефовал? — спросил я, всё еще не до конца веря, что мы выпутались.
Серёжа ухмыльнулся, убирая коммуникатор в рукав, и подмигнул мне.
— Тео, правила конспирации важны, но харизма — это база. Она не расскажет, потому что ей теперь интереснее ждать десять лет, чем хайповать сейчас. Даже если она успела сбросить копию на какой-нибудь диск, она сама её удалит, чтобы не испортить свое «эксклюзивное приглашение».
Он подошел ко мне и с силой хлопнул по плечу.
— В следующий раз, когда у тебя заведутся любопытные фанатки, просто позвони мне сразу. Но не звони слишком часто, ладно? Я не могу выручать тебя всегда и везде, у меня свои дела. А теперь пошли, я проголодался, как зверь, и ты обязан чем-нибудь меня угостить. Нормальный вечер на поверхности – ценный ресурс. Я тут видел неподалёку кафе с отличными пирожными. Выпьем кофе, и я подумаю, стоит ли мне тебя учить «дипломатии» с девчонками.
Я хмыкнул, чувствуя, как внутри разливается облегчение. Мы вышли из пыльного переулка под яркий свет уличных фонарей, оставляя позади все наши дела. В этот вечер мы были просто друзьями, у которых полно времени.
